И строили Китайскую стену. Мы понимаем, вас совсем немало, Чтоб триста миллионов погубить. Но мы уверены, что сам товарищ Мао, Ей-богу, очень-очень хочет жить. Когда вы рис водою запивали, Мы проявляли интернационализм. Небось, когда вы русский хлеб жевали, Не говорили про оппортунизм. Боитесь вы, что реваншисты в Бонне, Что Вашингтон грозится перегнать. Но сам Хрущев сказал еще в ООН-е, Что мы покажем кузькину им мать. Вам не нужны ни бомбы ни снаряды, Не раздувайте вы войны пожар, Мы нанесем им, если будет надо, Ответный термоядерный удар. А если зуд — без дела не страдайте, У вас еще достаточно делов: Давите мух, рождаемость снижайте, Уничтожайте ваших воробьев. И не интересуйтесь нашим бытом, Мы сами знаем, где у нас чего, Так наш ЦК писал в письме открытом. Мы одобряем линию его.

Мао Цзедун — большой шалун

Мао Цзедун — большой шалун: Он до сих пор не прочь кого-нибудь потискать. Заметив слабину меняет враз жену. И вот недавно докатился до артистки. Он маху дал, он похудел: У ней открылся темперамент слишком бурный. Не баба — зверь, она теперь Вершит делами революции культурной. Ану-ка встань, Цзинь Цзянь, Ану талмуд достань. Уже трепещут мужнины враги. Уже видать концы Жена Лю Шаоцы Сломала две свои собачие ноги. А кто не чтит цитат, Тот ренегат и гад, Тому на заднице наклеим дацзыбао. Кто с Мао вступит в спор, Тому дадут отпор